Киракосян против Киракосяна

В последующие три дня мы исколесили по территории Шикаохского заповедника более 300 км. Следующим на нашем пути была «Платановая роща». Здесь растут платаны, которым по 800 и более лет. Есть и питомник платанового молодняка. Пока мы ехали, наше авто сталкивалось с препятствиями. Дороги через деревни Шикаох, Срашен и Неркин Анд, где собственно и располагается роща местами завалило камнепадом, а где-то образовались оползни, и трасса частично обвалилась. Приходилось и камни убирать, чтобы машина могла проехать. Все это – результат прокладки в лесу дороги, захватившей 6,5 км территории заповедника. На подходе к деревне Неркин Анд, слышалась музыка. Справа, мы заметили клуб, откуда и грохотало. Звуковое давление превышало все мыслимые нормы на тысячи метров вокруг и уходило в глубь «Платановой рощи». Тем более этот грохот нарушает все нормативы по охране в зоне заказника. Пока мы шли к роще, взору нелицеприятно представлялись кучи бытового отхода. Мусор был повсюду. Еще несколько лет назад такого неряшества здесь нельзя было увидеть. Чтобы подойти к великанам – деревьям нужно было перейти через мостик, смастеренный из железнодорожных рельсов. И речка была завалена мусором - ночными горшами, прогнившими кастрюлями, гнилой обувью ну и традиционными пластиковыми бутылками и вездесущими целлофановыми пакетами. И это на территории уникального природного резервата, куда приглашают туристов из разных стран.

В самой роще стояла машина марки «Нива», а возле него – четверо. Одного из них мы знали – это был смотритель питомника платанового молодняка Норик Даниелян. Остальные – гости. Они вначале не шли на контакт с нами. По роще ходил с фотоаппаратом высокий мужчина. Попытки заговорить с ним не увенчались успехом. Не помогли и вопросы на английском и русском. Хотя позже выяснилось, что это русский фотограф Андрей Голованов, и, снимает он для журнала Геофото. Когда же мы спросили, по какой причине фотограф не здоровается, он сказал, что ему было запрещено контактировать с местным населением. «- Странно. Кто запретил?» - спросили мы. В расспросах мы узнали, что известный в России фотограф приехал в рощу снимать сюжет для географического – туристического журнала. Через несколько дней в названном журнале появились фотографии, сделанные Головановым в Нагорно-Карабахской Республике, и, в том числе в Сюникской области Армении. Видимо фотограф не совсем разобрался с географией местности. Он представил все фотографии как сделанные в Нагорном Карабахе и поместил в рубрику сюжетов про Азербайджан, видимо не зная о карабахском конфликте.

Два спутника сопровождающих фотографа в непринужденной беседе представились как «дашнак Сейран», и, начальник управления государственного имущества Нагорно-Карабахской Республики Гагик Мартиросян. После короткой встречи их «Нива» выехала из рощи и уехала в неизвестном направлении. А в последствии мы выяснили, что «дашнак Сейран» не кто иной как владелец капанского охотничьего магазина. Остается предположить, что визит этих людей не связан с открытием охотничьего сезона и может быть с незаконными вырубками в капанских лесах, делом которых, как мы писали в начале нашего репортажа, уже занимаются правоохранительные органы.

Между тем, в «Платановой роще» кроме громкой музыки и мусора, мы столкнулись с абсурдными фактами. По роще, почти повсюду гуляли домашние свиньи, а на орешники лазали люди и вытряхивали орехи. По уставу, в заказниках нельзя разворачивать сельскохозяйственную деятельность, тем более запрещен сбор дикоросов. Фактически свиньи съедают орехи и молодые ростки орешников и тех же платанов, нарушая естественное воспроизводство деревьев. В ходе беседы со смотрителем плантации платанового молодняка Нориком Даниеляном мы узнали также, что его зарплата превышает сумму оплаты труда директора всего заказника «Платановой рощи», занимающей 64,2 га территории в составе Зангезурского биосферного комплекса, Артура Саргсяна. Подчиненный Саргсяна Даниелян получает 95 тысяч драмов, тогда как зарплата самого директора заказника на 10 тысяч меньше. Этот факт, как минимум, лишенное гибкости управление руководства Зангезурского биосферного комплекса.

Следующим на нашем пути был заказник «Зангезур», также входящий в состав Зангезурского биосферного комплекса. Мы подъехали к заказнику со стороны деревни Каджаран. Нам предстоял пеший путь по бездорожью. Бывшие когда-то вратами в заказник ворота были открыты на распашку. Мы не увидели здесь информационного банера, хотя бы таблички, где бы отмечалось, что здесь и начинается. Раньше был, кому-то понадобился… Справа, в одиночестве у берега горной речушки стоял вагончик. Такие вагончики по всему Шикаохскому заповеднику ставились как сторожки для рейнджеров. Дверца вагончика видимо давно не открывалась, замок поржавел, а на земле не было видно следов человеческого присутствия. Лишь при подходе к нему мы отсняли на камеру следы шин от тяжелой машины. У ворот заказника, по всей видимости, недавно стали что-то строить. Был прорыт фундамент, поставлены арматуры. Мы решили пойти в село и узнавать там подробности об этой стройке, и найти рейнджера это участка заказника «Зангезур». После недолгих поисков нам указали на дом бывшего рейнджера. Его звали Павел Акопян. Он рассказал, что три месяца назад руководство Зангезурского биосферного комплекса его уволило, мотивируя свой поступок тем, что Павел работает также и в другом месте. Павел проработал в заказнике четыре года - с 2010 по 2014 гг. За это время не было отмечено ни одного случая браконьерства. По словам Павла, он был уволен без предварительного предупреждения и дальнейших объяснений. До него эту должность занимал его отец. По словам нашего собеседника, нового рейнджера назначили всего месяц назад. За этот период на территории заказника новый работник ни разу не появлялся. Эту информацию нам подтвердили и другие односельчане, сказав, что новый сотрудник живет в Капане, и, возможно из-за дальной дороги не приезжает. Фактически, руководство биосферного комплекса нанимает бессмысленный штат работников, которые не знакомы с территорией особого объекта и тем более прогуливают рабочее время.

О развороченной почве и стройплощадке у входа в заказник, сельчане проинформировали, что там ставятся электрические столбы к будущей гидроэлектростанции. Как выяснилось, ранее занимающий пост руководителя Зангезурского биосферного комплекса Армен Петросян неоднократно препятствовал строительству малой ГЭС на территории заказника. Видимо со сменой руководства симпатии нового руководства биосферного комплекса расположены к бизнес решениям на территории особо охраняемых природных резерватах или его буферных территориях. Отметим, что помимо вторжения на территорию заказника или в его буферную зону, при строительстве даже малого ГЭС необходимо проведение общественных слушаний с участием населения ближайшего селения. Такового с сельчанами не проводилось. В случае, если местные даже и дадут свое согласие, застройщик должен будет обратиться в кадастр недвижимости за сменой статуса категории земель под ГЭС.

В последний день нашей поездки, когда мы собирались выехать из Капана в Ереван, к нашей гостинице подъехала машина. По рассказам нескольких рейнджеров биосферного комплекса внедорожник Jeep Wrangler черного цвета с галогенно-кварцевыми фарами на крыше, иначе говоря охотничьими прожекторами, и, госномерами 77 SF 778, принадлежал первому заместителю руководителя биосферного комплекса Сенику Григоряну. Из машины вышел мужчина средних лет. Местные нам уже рассказали, что подобные две машины имеет именно Григорян. Видимо информация о нас-журналистах наконец дошла и до руководства биосферного резервата. Сеник Григорян имеет в Капане репутацию браконьера. Более того, он был дважды уволен с занимаемых должностей: из Лесного хозяйства Капана, за обнаруженные случае незаконных вырубок леса в его смену, и, из Шикаохского заповедника за то, что более четырех месяцев не являлся на работу. Разъясняться с ним, после пафосного представления, нам расхотелось. Поэтому все возникшие в ходе нашего визита вопросы мы направили по возвращению в столицу Армении директору Зангезурского биосферного комплекса Карену Киракосяну и поставили в известность о замеченных нарушениях режима охраны особых территорий министра охраны природы Арамаиса Григоряна.

Как уже было сказано в предыдущем репортаже интервью с Кареном Киракосяном затягивалось. Однако после нашей первой публикации господин Киракосян сам позвонил нам и согласился ответить на ряд вопросов. В первую очередь мы рассказали Киракосяну об имевших место вырубках леса на территории комплекса и в его буферной зоне, сказав, что готовы предоставить все картографические данные, для точного определения местности. «А насколько вы уверены, что эти вырубки на нашей территории?», - в ответ спросил он. По его словам, определить место вырубок не ставиться возможным поскольку система GPS не сопоставима с картографией, конкретно Шикаохского заповедника. Более того, Киракосян уверял, что заповедник не имеет своей точной карты. Между тем, как сама карта, так и решение правительства по точному определению границ Шикаохского заповедника в свободном доступе есть в интернете на официальной странице Правительства Армении. Быть арбитром в споре мы оставили министерству охраны природы. Следующим был вопрос о лишении транспорта рейнджеров Шикаохского заповедника. Господин Киракосян на это заявил, что никаких проблем с машинами, и, в частности с обеспечением топлива нет. Утверждения рейнджеров об обратном и наши собственные наблюдения директора биосферного комплекса не только не удивили, но и не изменили его позиции. Он чуть было не уговорил нас-журналистов перестать верить собственным глазам. И, все же мы настояли на своем, рассказав, что один из рейнджеров на наших глазах сел в хлебовоз, а при разговоре с ним объяснил это вынужденным шагом, так как был лишен услуг служебной машины. «Так этот рейнджер уже 15 лет так ездит на хлебовозе», последовал Киракосян. Парадокс в том, что этот рейнджер не работал там в течение 15 лет.  Тем не менее, мы продолжили беседу с Киракосяном, а впоследствии узнали, что в ответ на наш сигнал и первую публикацию в ИА АрмИнфо, распоряжением министра охраны природы на место была отправлена инспекция. «Только по результатам этой инспекции мы можем говорить имели ли место незаконные вырубки на территории Шикаохского заповедника. А в случае, если все подтвердиться виновные понесут законное наказание», - сказал Киракосян. Также мы передали рассказ одного из рейнджеров о браконьерской охоте на кабана и вылова 8 кг рыбы в районе участка Гехи, входящего в состав заказника «Зангезур», и о том, что обнаружившему этот факт рейнджеру руководством биосферного комплекса было запрещено регистрировать и передавать следственным органам информацию об этом. «Информация не соответствует действительности», сказал лишь господин Киракосян. В этом контексте мы спросили насколько правильным он считает назначение на должность своего первого заместителя Сеника Григоряна - человека с репутацией браконьера и плохого работника. «Ну, местные любят языком почесать и все преувеличивают. Да, он охотился когда-то, да и то на зайца», буквально ответил руководитель Зангезурского биосферного комплекса. А вопрос о том, что Сеник Григорян разъезжает на внедорожнике с охотничьими фарами, и, нормативы по охране природных резерватов запрещен въезд на эти территории на подобном авто, вызвали удивление у нашего собеседника. «Да, я в курсе, у него есть такие две машины, но это ведь не преступление? Я и сам тоже с ним на этой машине езжу.», - сказал он. Возможно это не преступление, но ездить на работу в заповедник в такой машине точно уж запрещено уставом. 

Окончивший отделение экономики и организации лесного хозяйства факультета лесной промышленности Московского государственного университета леса Карен Киракосян приступил к обязанностям руководителя Зангезурского биосферного комплекса c 1 декабря 2014 года. Сам комплекс был образован в 2013 году. За прошедшие два года не был разработал план управления биосферным резерватом с 80 тысячами гектаров территории.  Из-за этого не были и определены точные границы комплекса, за исключением Шикаохского заповедника, с его подразделениями. После событий вокруг протестов по прокладке автомобильной магистрали, соединяющей Армению и Иран, через территорию Шикаохского заповедника, в 2006 году по рекомендации директора Шикаохского заповедника Рубена Мкртчяна и инициативе тогдашнего премьер-министра Андраника Маргаряна были определены и утверждены границы Шикаохского заповедника. Впоследствии этот документ был ратифицирован президентом Робертом Кочаряном. Напомним, что Карен Киракосян утверждает об отсутствии именно этого документа, руководствуясь которым можно определить точное место вырубок на территории заповедника. Документ был подписан 4-ого ноября 2006 года и числится в официальной документации правительственных решений под номером N 1401-N. К тому же Шикаохский заповедник имеет план управления до 2018 года. С включением заповедника в состав новообразованного Зангезурского биосферного комплекса не меняет состав управленческого плана, поскольку статус заповедника ограничивает человеческое вмешательство на его территории, а в случае с заказником или национального парка режим упрощается. По словам Карена Киракосяна план управления всем биосферным комплексом будет готов к 2016 году. Для его составления Германский банк развития KFW намеревается предоставить порядка $8 млн. А, прежде чем предоставлять эти средства банк должен будет увериться в безупречности управления резерватом и приемлемости составленного плана. В этом плане и будут определены границы комплекса. Остается открытым вопрос намерения руководства биосферного резервата сменить статус Шикаохского заповедника. В таком случае заповедник станет легко доступным для человеческой деятельности.

Кроме всего прочего, Карен Киракосян сказал, что в план управления комплексом намерен включить социальные программы для населения сел в составе резервата. В частности, речь шла о посадке быстрорастущих видов канадских тополей, которые будут предусмотрены как топливное сырье для местных. «Я писал научную работу по теме плантационных лесов и именно по посадке тополей», резюмировал Киракосян.  Он не разделил наше сомнение, что тополь не совсем подходит для топки и посадка его может рассматриваться вмешательством в биологические процессы девственной природы и может нарушить экосистему резервата. Открытым остался и вопрос о назначении на должность начальника оперативной группы контроля за охотой Зангезурского биосферного комплекса Овика Ованесяна известного по кличке «Шакал». В 2010 году СМИ писали о громком деле браконьерства с его участием. Человек с кличкой «Шакал» тогда числился как убивший беременную самку Переднеазиатского леопарда по имени «Самба». Дело не получило дальнейшей огласки и было замято.

PS. Когда репортаж был уже готов к выпуску, мы узнали, что директор Шикаохского заповедника Рубен Мкртчян подал заявление об увольнении. В беседе с нами, он сказал, что «выходки руководства Зангезурского биосферного комплекса претят нормативам по осуществлению охраны на территории заповедника». Он также передал свое возмущение тем фактом, что Карен Киракосян помимо увольнения ряда сотрудников, в том числе из состава научных работников, изъял весь автопарк заповедника, в том числе внедорожник Газ-66, подаренный покойным премьер-министром Андраником Маргаряном. Рубен Мкртчян работал в заповеднике с 2002 году. Он стоял у истоков кампании против постройки автомагистрали через сердце Шикаохского заповедника. По результатам его труда заповедник был признан как правительством Армении, так и международными организациями, в том числе Всемирным фондом охраны дикой природы WWF, реализующим программу по охране Переднеазиатского леопарда, лучшим по системе управления. Заявление об уходе пока не рассмотрено его вышестоящим начальством.